От YuFrame до “Четвертой промышленной революции”: новый цифровой распорядок мира

Развитие интернета, инфокоммуникационных технологий, устойчивых каналов связи, облачных технологий и цифровых платформ, обеспечили появление открытых информационных систем и глобальных промышленных сетей, выходящих за границы отдельного предприятия и взаимодействующих между собой.

Подобные системы и сети оказывают преобразующее воздействие на все сектора современной экономики и переводят промышленную автоматизацию на новую четвертую ступень индустриализации.

Компоненты «Индустрии 4.0»

Многие из этих элементов уже давно и успешно применяются на практике, но именно объединение их в одну целостную систему позволит развить концепцию «Индустрии 4.0» и обеспечить новый уровень эффективности производства и дополнительный доход за счет использования цифровых технологий, формирования сетевого взаимодействия поставщиков и партнеров, а также реализации инновационных бизнес-моделей.

Что такое “Четвертая промышленная революция?”

Идея очередной промышленной революции не нова, однако обсуждение этой темы обострилось после Давосского экономического форума и выступления президента этого бизнес-клуба Клауса Шваба в январе 2016 года.

Эксперты и ученые, которые непосредственно вершат эту самую революцию, обычно исповедуют сугубо технократические убеждения.  Для них революция сводится к сумме новых, но уже достаточно известных сегодня технологий: облачная система, киберфизические системы, искусственный интеллект, 3D-печать и так далее.

В стороне остается тот факт, что и эта революция, как и любая другая, представляет собой чрезвычайно сложное и, подчеркнем, системное явление.

Ее нельзя рассматривать исключительно как «черный ящик» и как грядущую неизбежность, сводя все к рассуждениям о тех или последствиях, как это делают политики и экономисты. И точно также ошибочно препарировать революцию на отдельные составляющие, упуская диалектическую связь между ними, которая, собственно говоря, и создает взрывной синергетический революционный эффект.

Такого рода общественное “биполярное расстройство”, обнаруживается у авторов большинства материалов о любых революциях, от Великой Французской до новейших «цветных».

Пройдемся по истории

По словам одной королевской портнихи, “все новое – это хорошо забытое старое”. Удивительно, но некоторые компоненты “четвертой” революции были еще в своё время предсказаны Николой Тесла. В 1926 году в беседе с корреспондентом чрезвычайного популярного в то время журнала Collier’s он среди прочего сказал:

«
С появлением беспроводных систем вся Земля превратится в один огромный мозг. Мы сможем общаться друг с другом практически мгновенно, невзирая на расстояния. Более того, с помощью телевидения и телефона мы сможем видеть и слышать друг друга так же прекрасно, как если бы мы сидели лицом к лицу, разделенные на дистанции в тысячи миль; и устройства, которые позволят нам это сделать, будут поразительно удобным по сравнению с нашими сегодняшними телефонами. Человек сможет носить их в кармане. Мы сможем наблюдать и слушать события — инаугурацию президента, спортивный чемпионат, землетрясения или битвы — как будто мы находимся там. А когда и беспроводная передача энергии будет коммерциализирована, произойдет революция
»

 

Вот как в тридцатые годы 20 века представляли процесс получения новостей в домашних условиях. Особенно трогает салфетка и вазочка.

В 21 веке предсказанные Николой Тесла “один огромный мозг” и устройства, которые можно носить в кармане, уже реальность, но великий электротехник не мог предположить появление таких вещей как кибернетика, компьютеры и компьютерные сети.

Данные – нефть нового времени

Если проанализировать специфические особенности всех четырех промышленных революций, то можно выделить характерный тренд, а именно, постоянное возрастание значения систем автоматизации и управления. Этот тренд в значительной мере объясняет специфику текущей Четвертой революции.

Для иллюстрации этого утверждения выделим тех трех «китов», на которых стоит любая из промышленных революций, и посмотрим как трансформируются их значения при переходе из одного исторического периода в другой. Эти киты в свою очередь базируются на достижениях фундаментальной и прикладной науки.

Итак, первый кит – сырье, а также источники и способы передачи энергии, второй – технологии и третий – организация производства и управление.

В конце 18 века главным сырьем были уголь и железо, главной технологией – пар и преобразования тепловой энергии в механическую.

В конце 1940-х годов возникла кибернетика – научное направление, специализирующееся на управлении. В шестидесятые годы с появлением компьютеров системы технологического и организационного управления приобрели еще большее значение.

В конце 20 века роль, которую играют системы управления, стала сравнима со значением технологий, которыми они управляют. Появились такие технологии, существование которых без автоматизации просто невозможно.

Этот простейший анализ показывает, что на протяжении двух с лишним веков шло непрерывное совершенствование систем автоматизации – от центробежного регулятора до современных, компьютерных.

Отличие новейших систем управления эпохи Четвертой промышленной революции можно назвать количественным. Сенсорная революция, компьютерные сети, сбор и накопление медийных данных и другие технологии предоставили возможность системам управления получать практически любые сведения об окружающем мире.

Еще совсем недавно, в 1990-х годах, данные не рассматривались как какая-то самостоятельная сущность.

Даже опытные эксперты называли данные “мешком битов и байтов”, а о принципиальном различии между данными и информацией, если и задумывались, то лишь единицы.

В 2000-х же о данных заговорили как о «новой нефти». Впервые это выражение использовал английский математик Клиф Хамби в 2006 году.

В 2016-2017 годах аналитики утверждают, что в обозримой перспективе данные займут существенно более высокое положение в экономике, чем занимаемое углеводородами.

Хотя, если взглянуть на современные инновационные тренды, то, ничего принципиально нового в таком подходе нет.

  • Нет новой энергетической платформы. Мы пользуемся примерно теми же самыми энергетическими платформами, что и 30 лет назад, причем разрекламированные «альтернативные» источники энергии в действительности являются и самыми архаическими.
  • Нет новой транспортной платформы. Используются в основном технологии 1980-х годов, даже в области освоения космоса. Несмотря на сдвиги в социальной доступности отдельных видов транспорта , стратегического рывка не произошло.
  • Не произошло массового внедрения принципиально новых материалов. В области новых материалов и создания новых свойств для старых материалов есть подвижки, но ничего глобально-революционного на практике не происходит.
  • Не просматривается революционных сдвигов в области энергоэффективности производства.

Со стратегической точки зрения совокупный эффект изменений 1980-х годов был больше. Но их не считали способными изменить суть экономических отношений. И совокупность этих изменений не рассматривалась как глобально катастрофическое событие, которое может похоронить весь предшествующий экономический порядок. Налицо всего лишь предпосылки для перестройки некоторых, но далеко не всех аспектов в функционировании реального сектора мировой экономики. Что неизбежно будет иметь серьезные социальные последствия. Но само по себе это революцией не является.

YuFrame или КВН: от качества к оперативности

По сути, никакой реальной технологической – да и экономической – базы для следующей промышленной революции именно как для «революции в промышленности» не существует. В глобальной «повестке дня» сейчас вообще стоят только два аспекта, которые можно рассматривать в качестве подлинно «революционных»: новая глобальная логистика и новые технологии глобальных финансов.

Именно поэтому ключевым компонентом новой промышленной революции является не модернизация как таковая, а масштабирование производства в зависимости от размера и динамики рынков. И это, кстати, будет, большим вызовом для постсоветского пространства.

Основой становится не эффективность, а адаптивность, способность быстро адаптироваться к изменяющимся и качественно, и количественно рынкам, доступным с точки зрения экономически оправданной логистики.

Далеко идти не нужно. Взять современных вайнеров и блогеров. Если традиционно считалось, что любой медиаконтент должен подготавливаться довольно длительное время, и пройти через несколько туров отбора и сортировки, то сейчас, всё делается за считанные минуты. Уже через 2 часа, определенная “инфа” может стать неактуальной, и сделать на ней качественный контент сможет только тот, кто успел адаптироваться и оперативно собрать весь нужный материал.

А это – совершенно иная картина не только с точки зрения глобальных вопросов, связанных с перераспределением технологической и логистической ренты, но и практического планирования инвестиций.

Оставить комментарий

avatar
  Жазылу  
Ескерте салу